Как юристы зарабатывают на «беловоротничковых делах»

«Делойт» в новостях

Как юристы зарабатывают на «беловоротничковых делах»

На этом рынке они часто не конкуренты, а союзники

Лучший клиент тот, который сидит, — платит четко, раз в неделю, и никаких задержек», — шутит партнер одной из российских юрфирм. В кризис заработки на проблемах клиентов подменяют заработки на их успехах. Рынок «беловоротничковых дел» (когда обвинение предъявлено предпринимателю, менеджеру или чиновнику. — «Ведомости») буквально взорвался, говорит партнер «Коблев и партнеры» Руслан Коблев. Последние три года практика растет стремительно, подтверждает управляющий партнер Hogan Lovells в России Оксана Балаян, увеличилось число и клиентов, и юристов.

Еще несколько лет назад крупные юрфирмы сторонились уголовной практики. Но борьба с коррупцией, офшорами и картелями, ужесточение надзора за финансовым сектором по всему миру, давление со стороны правоохранительных органов в России, кризис в стране — все это резко повысило спрос на «криминальные услуги». Наконец, это одна из немногих свободных ниш на рынке, замечает партнер NSP Александр Некторов.

Рынок в чем-то уникальный и построен на доверии. Тут не работают тендеры и конкурсы, говорит Коблев, главное — опыт, репутация и рекомендации. Еще одна особенность — юристы часто не борются друг с другом за эту работу, а готовы делиться ею с конкурентами. Международные юрфирмы (ILF) обычно выстраивают в корпорациях систему комплаенса, проводят внутренние проверки, российские — вступают в игру, если система дала сбой и дело «пошло по этапу».

Счет из-за границы...

Растущая активность регуляторов и правоохранительных органов в сфере финансовых расследований и привлечения к ответственности — явление скорее общемировое, нежели специфически российское, говорит управляющий партнер московского офиса Linklaters Дмитрий Добаткин. Десять лет назад лидером в борьбе с коррупцией и преступлениями в сфере бизнеса считались США, теперь она охватила весь мир. Великобритания, Китай, Канада, страны ЕС принимают и ужесточают антикоррупционные законы. Колоссальные штрафы грозят за дачу взятки не только на родине, но и за границей, предупреждает Балаян. Например, в январе Rolls-Royce был оштрафован на $800 млн регуляторами Великобритании, США и Бразилии из-за обвинений в коррупции.

В ответ транснациональные корпорации ужесточают контроль за соблюдением антикоррупционных законов во всех странах, где они работают, включая Россию, отмечает международный советник Debevoise & Plimpton LLP Анна Максименко. Например, после громкого скандала, связанного с подкупом российских чиновников, Daimler AG лишил дилерского статуса российскую компанию «Авилон». $630 млн финансовым регуляторам США и Великобритании заплатит Deutsche Bank из-за скандала, связанного с российской «дочкой». С претензиями сталкиваются и российские компании. В 2016 г. Veon (ранее — Vimpelcom) обязали выплатить в США и Голландии штраф в $795 млн по обвинениям в антикоррупционных нарушениях в Узбекистане, вспоминает Балаян, согласно прессе, аналогичные расследования ведутся в отношении МТС.

Эти риски, а также ужесточение ответственности в России породили спрос на системы комплаенса — со стороны сначала международных, а затем и российских корпораций. Российским компаниям, особенно тем, акции которых прошли листинг на зарубежных биржах или имеющим зарубежных партнеров, нужно соответствовать международным стандартам, отмечает международный советник Debevoise & Plimpton LLP Джейн Щвец. И если раньше этими вопросами занимались службы внутренней безопасности, то с усложнением законодательства и практики стали все чаще привлекать внешних консультантов, рассказывает топ-менеджер крупной российской компании. Последние пять лет эти проекты распределяются примерно поровну между иностранными и российскими клиентами, говорит партнер Департамента финансового консультирования компании «Делойт», СНГ Людмила Гречаник.

...и из России

Развитию практики «беловоротничковых дел» способствует и сугубо российский риск. С 2012 года число уголовных дел и заключенных предпринимателей выросло на 70%, говорится в докладе бизнес-омбудсмена Бориса Титова.

«Исходя из моей практики, каждое второе уголовное дело — это способ разрешения коммерческого спора, проявление недобросовестной конкуренции или рейдерского захвата», — говорит партнер Goltsblat BLP Рустам Курмаев. За 2015 год только 15% из 234 620 возбужденных дел дошли до суда. А оказавшиеся в суде крайне редко заканчиваются оправдательным приговором, отмечает юрист практики по разрешению споров Baker McKеnzie Олег Ткаченко. Уголовное преследование превратилось в способ устранить конкурента, указывалось в докладе Титова. «Около 83% предпринимателей, на которых были заведены уголовные дела, полностью или частично потеряли бизнес», – признавал президент Владимир Путин в конце 2015 года.

С другой стороны, правоохранительные органы стали активнее работать по преступлениям, от которых прежде отмахивались, что усиливало у бизнеса чувство вседозволенности, рассуждает управляющий партнер «Яковлев и партнеры» Андрей Яковлев. Это касается даже госкомпаний, которые долго оставались неприкосновенными, отмечает старший юрист АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Андрей Бастраков.

Все больше становится дел за необоснованные выплаты топ-менеджерам, завышение цены на строительных подрядах, неисполнение контрактов, мошенничество. Особенно в сфере строительства, которое ведется на бюджетные деньги, рассказывает Бастраков. Балаян отмечает рост претензий по закупкам в фармацевтической отрасли. Много дел, связанных с хищением денег у работодателей или клиентов, замечает партнер CMS Сергей Юрьев. Обращаются даже действующие и бывшие чиновники, рассказывает партнер «Юста» Александр Боломатов.

Стремительно увеличивается число уголовных дел по налоговым статьям: в 2015 году — на 62%, а приговоров — на 16%. В 2016 году рост продолжился: за первое полугодие — на 37% к тому же периоду 2015 году, следует из данных судебного департамента. Правоохранительные органы, чтобы подкрепить свои позиции, все чаще возбуждают уголовные дела еще на стадии налоговых проверок, рассказывает Коблев. Все чаще они взыскивают долги с владельцев или руководства бизнеса.

Ужесточается надзор и со стороны антимонопольных органов. Бизнес-объединения были серьезно обеспокоены проектом плана развития конкуренции, в котором ФАС предлагает усилить координацию правоохранительных органов для борьбы с картелями.

Проверка на взятку

Комплаенс и внутренние системы защиты — вотчина международных консультантов, детективных агентств, международных юрфирм и небольшого числа российских игроков, показал опрос «Ведомостей». Российским юрфирмам не хватает опыта, считает юрист крупного ритейлера. Нужно знать зарубежные законодательство и практику, но и этого недостаточно — может потребоваться представлять интересы клиента в иностранных правоохранительных органах и судах, объясняет старший юрист Herbert Smith Freehills Сергей Еремин.

На первом этапе создается система комплаенса внутри компании для противодействия нарушениям, если же предотвратить их не удалось, то юристы подключаются для проведения внутреннего расследования: проверяют документы, проводят интервью с сотрудниками, описывает Балаян. Если же доходит до уголовного дела, то ILF за редким исключением отступают.

Dentons консультирует только на предпроцессуальной стадии, рассказывает управляющий партнер фирмы по России Флориан Шнайдер, а если потребуется участвовать в судебных процессах, то сотрудничает с внешними адвокатами. По такой схеме работает и часть крупных отечественных игроков, например «Пепеляев групп». «Если знаем, что кто-то из сторонних адвокатов может оказать услугу лучше, посоветуем его клиенту и проконтролируем, чтобы все было сделано», – рассказывает управляющий партнер юрфирмы Сергей Пепеляев.

Мешает ILF легально вести уголовные дела закон об адвокатуре, говорит Коблев: только адвокат вправе участвовать в предварительном следствии, а он может выступать только от своего имени или адвокатского образования, кроме того, клиентам выгоднее обращаться к узкоспециализированным адвокатам. Если на завод в регионе придут налоговики с правоохранителями, пользы от местных адвокатов будет гораздо больше, согласен сотрудник международной компании. Отпугивают репутационные риски, отмечает Балаян, в саму юрфирму могут прийти с обыском и арестовать сервер с данными обо всех клиентах. Вопрос и в деньгах. Уголовно-правовая тематика не является в достаточной степени востребованной основной категорией наших клиентов, объясняет управляющий партнер White & Case Игорь Остапец. Из-за почасовой оплаты при огромном размере работы большой выручки от таких дел нет, согласен Яковлев.

Этот сегмент рынка сформирован из огромного количества небольших адвокатских образований, десятка ярких и известных адвокатов, предпочитающих практиковать индивидуально, и нескольких крупных российских и международных юрфирм, делится наблюдениями Курмаев. Это подтверждает и рейтинг Chambers, в котором сегмент «корпоративные преступления» полностью ими оккупирован (см. стр. B3–B6). И пока юристы не ждут больших изменений в расстановке сил на этом рынке.

11.04.2017

Ведомости

Эта информация была полезна для вас?