Рейтинг Chambers: российские юристы замещают иностранных

«Делойт» в новостях

Рейтинг Chambers: российские юристы замещают иностранных 

Санкции дали российским игрокам фору

Чтобы оставаться на месте, нужно бежать вдвое быстрее — это, пожалуй, самое популярное среди юристов описание ситуации. Неопределенность давно стала определенностью российской экономики, и юрфирмы приспосабливаются к ней. Международным игрокам это дается особенно трудно: как бы быстро они ни старались бежать, судейство не в их пользу.

Клиент дороже денег

Волатильность — снижение активности после очередных санкций и стабилизация в периоды затишья, описывает ситуацию на рынке управляющий партнер московского офиса и офисов Baker McKenzie в СНГ Сергей Войтишкин. Как и финансисты, юристы умеют зарабатывать на волатильности. Суды остаются «хитом продаж», много акционерных споров, невероятный спрос на уголовное право, перечисляет Оксана Балаян, управляющий партнер московского офиса Hogan Lovells. Выручка формируется преимущественно в конфликтных практиках, инвестиции растут медленнее, рассказывает Андрей Корельский, управляющий партнер КИАП. Спрос на них сокращается вместе с торможением спроса на деньги и инвестиции. Что и произошло в волатильный 2018 год: по данным Refinitiv, было анонсировано 967 слияний и поглощений на $19,2 млрд против 1399 сделок на $32 млрд в 2017 году. Рынок долга сузился до 106 размещений на $29,6 млрд со 169 на $43,3 млрд.

Осторожные прогнозы большинства фирм на 2018 год оправдались, на 2019 год остаются консервативными. «Нет существенного роста, но нет и снижения выручки и, следовательно, необходимости в «санитарных мерах» (сокращение штата, жесткая экономия и т. п.)», — рассказывает Сергей Пепеляев, управляющий партнер «Пепеляев групп», хотя и за статус-кво нужно побороться. Уже 10 лет на рынке правит покупатель, который привык экономить на консультантах. В 2017 году только 31 коп. из 1 руб. юридические службы потратили на внешних консультантов, показал опрос PwC: при средних расходах на внешних юристов в 25 млн руб. траты на внутренних составили 57 млн. Закупочные процедуры отнимают все больше времени и сил, рассказывает Александр Хренов, партнер «Хренов и партнеры»: «Стойкое ощущение вязкого пространства, в котором каждый шаг требует несоразмерных усилий». Не всегда просто и получить заработанное — порой приходится ждать до полугода. Дел и клиентов больше, платежеспособных клиентов — меньше, признает Артем Кукин, управляющий партнер «Инфралекса». Чтобы выжить, многие фирмы — и российские, и международные — вынуждены демпинговать, сетуют юристы.

Итоги года

Снижение спроса вызвало сильное движение на рынке — юристы крупных фирм покидают их, разменивая бренд на независимость и собственный бизнес. Это движение зафиксировал и рейтинг Chambers по России.

За последние годы он широко охватил отечественный рынок — если прежде это был клуб международных и крупнейших российских фирм, то теперь в нем и региональные игроки, и бутики, и сегмент средних сделок.

Исследование дает достаточно точную картину рынка, на которой почти 90 фирм — в этом году 27 иностранных и 62 российские (здесь и далее без учета региональных). По-прежнему в рейтинге доминируют международные фирмы (ильфы, как называют их юристы, от аббревиатуры ILF — international law firms) — они упомянуты 168 раз, российские — 116, и это соотношение почти не изменилось. Особенно заметно лидерство иностранцев в первых эшелонах различных практик — российские фирмы удостоились в них 18 упоминаний, международные — 37. Более 5 раз упомянуты лишь три российские фирмы («Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры», «Алруд» и «Пепеляев групп»), среди международных фирм таких 16.

В большинстве практик сохраняется статус-кво — вотчина иностранцев все, что связано с рынками капитала и крупными сделками, россияне сильны во внутренних судебных спорах, среднего размера сделках. А уголовными спорами иностранцы не занимаются вовсе. И тем не менее ослабление интереса к России и позиций некоторых ильфов заметно. Покинули рейтинг Orrick, Herrington & Sutcliffe (упомянута ее партнер Ольга Сыродоева) и Chadbourne & Parke. В этом году реже встречаются в исследовании Clifford Chance, Herberth Smith Freehills, Hogan Lovells, а также Akin Gump Strauss Hauer & Feld, из которой в прошлом году ушла большая команда юристов. Окончательно русским стал первый эшелон сегмента внутренних споров.

Власть — главный клиент

Роль государства в экономике растет, и юридический рынок не исключение — на нем нет госкомпаний, но все больше госклиентов, работы, связанной с государством или защитой от него. У частного бизнеса денег стало меньше, объясняет Александр Евдокимов, партнер «Юста». Госкомпании заключают крупнейшие сделки слияний и поглощений и правительство будет играть все более активную роль на этом рынке, говорится в обзоре Mergermarket.

Растут практики, связанные с регулированием, в частности с налоговым: ФНС все глубже изучает налоговые схемы компаний, деофшоризация вынуждает бизнес или глубже прятать деньги, или, напротив, раскрываться. Больше работы, связанной с репатриацией капитала и амнистией, отмечает Константин Лузиньян-Рижинашвили, управляющий партнер DLA Piper в России и СНГ. А вот спрос на налоговые споры падает, указывает Хренов.

Конкуренция вынуждает консультантов повышать эффективность. Юристы становятся более рыночными, делится наблюдениями Анна Костыра, управляющий партнер Deloitte Legal в СНГ: отказываются от разделения на практики, углубляют специализацию по отраслям; будут востребованы компании, которые готовят решение под ключ. Юрфирмы все больше приемов заимствуют у корпораций — конструкторы документов, системный анализ big data, сервисы проверки контрагентов, автоматизированный сбор данных, рассказывает Виктория Борткевича, управляющий партнер московского офиса Clifford Chance: маститые юристы садятся за парту и изучают блокчейн, кодирование и кибербезопасность. Автоматизация позволяет сократить рутинную работу и снизить цену, признает Балаян.

Ищут юрфирмы и новые ниши: например, «Пепеляев групп» начала оказывать услуги эскроу-агента (механизм, позволяющий гарантировать исполнение обязательств). А иногда новое оказывается хорошо забытым старым. Вновь на коне рейдерские фирмы, рассказывает Корельский: они, как санитары леса, находят слабые активы и с помощью различных юридических схем, помноженных на коррупцию, перераспределяют активы в пользу более агрессивных и приспособленных к кризису компаний, в том числе с госучастием.

Создали новую нишу и санкции — санкционный комплаенс. Им занимаются и международные, и крупные российские фирмы, и стартапы. Пример последнего — Hecate Legal Advisory Company, созданная бывшим заместителем гендиректора по правовым вопросам «Базэла» Игорем Макаровым, который ранее был партнером Jones Day в России. Фирма не специализируется на санкциях, но у нас есть уникальный опыт, говорит он: «Грех на нем не капитализироваться».

Санкции наносят удар

За последние годы юридический рынок серьезно обрусел. Даже российское право понемногу теснит иностранное. Растет число контрактов, заключенных по российскому праву, рассказывает партнер White & Case Юлия Загонек, хотя в больших проектах с иностранным элементом оно пока редко встречается.

Обрусел и состав клиентов. Новые иностранные клиенты если и обращаются, то чаще по вопросам выхода из российского бизнеса, признает Кукин. «По оттоку иностранных клиентов мы достигли дна года 2–3 назад, большего оттока не будет, и сейчас рынок ждет, что ситуация как-то изменится», — надеется партнер White & Case Андрей Донцов.

Активное движение и на самом рынке. Санкции нанесли сильный удар по ильфам, которые и так пострадали от девальвации рубля и сокращения сделок в условиях экономической анемии, а теперь лишились части клиентов. Сокращение числа ильфов с небольшими локальными офисами продолжится, оно связано, с одной стороны, с неспособностью адаптироваться к меняющимся условиям, а с другой — с эмоциями в их головных офисах, подогреваемыми антироссийской пропагандой, считает Дмитрий Афанасьев, председатель комитета партнеров «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры». Востребованы услуги юрфирм, которые имеют определенную автономию от головных офисов (в ценовой политике, формировании услуг, выборе клиентов), считает Алексей Захарько, управляющий партнер Dentons в России.

Юристы покидают ильфы и создают свои бутики, констатирует Леонид Зубарев, старший партнер «CMS, Россия». Пример такой фирмы — «Рыбалкин, Горцунян и партнеры». Основатели фирмы считают ее полноценным спинофф практик Akin Gump, откуда они ушли вместе с десятком юристов и частью клиентов.

Столь массового исхода юристов из ильфов ради создания своей фирмы на российском рынке до сих пор не случалось. «Из-за санкций Akin Gump была вынуждена прекратить работу с одним из моих ключевых клиентов, с которым я работал более 13 лет, поэтому я решил, что могу и должен продолжить юридическое представительство самостоятельно, совместно с партнером Суреном Горцуняном, — рассказывает партнер фирмы Илья Рыбалкин. — Расставание было мирным, дружеские и партнерские отношения остались. Один очень крупный проект наша фирма продолжает вести вместе с Akin Gump». Уход группы юристов из Akin Gump и создание новой фирмы позволило им продолжить работу с клиентами, с которыми Akin Gump не может работать из-за введенных ограничений, передал через представителя руководитель лондонского офиса Akin Gump Себастьян Райс: «Мы поддерживаем хорошие отношения и сотрудничаем там, где это допустимо».

«Есть очень много причин, по которым ильфы не могут работать со многими российскими клиентами, и наоборот», — констатирует Макаров. Отдавая проект ильфу, клиент защищен брендом, экспертизой в разных странах, большой командой, но санкции породили множество рисков, говорит он: для многих компаний, особенно государственных, важна защита информации. Риски есть, признает партнер крупного ильфа, но те же госкомпании остаются ключевыми клиентами и наши конкуренты обычно не российские, а международные фирмы.

Во многих сегментах иностранцы продолжают доминировать, что показывает и рейтинг Chambers. Это их традиционные вотчины: сопровождение крупных сделок, привлечение капитала, международные споры и т. д. Так, в обзоре Mergermarket среди топ-15 юридических консультантов по сумме сопровождавшихся ими сделок M&A в 2018 году нет ни одной российской фирмы. Несмотря на санкции, спрос остается высоким, указывает Райс: фирма продолжает вести крупные корпоративные сделки, судебные споры. Число российских клиентов, которые прибегают к услугам ильфов не только для международных, но и для внутрироссийских проектов, даже растет, указывает управляющий партнер московского офиса Herberth Smith Freehills Алексей Рудяк. Почти всю работу, связанную с российским правом, крупные компании делают сами, а консультанта зовут, когда речь заходит о международном праве, и здесь преимущество ильфов неоспоримо, говорят несколько юристов таких фирм. Но и выходцы из ильфов имеют достаточный опыт работы с международным правом, а при необходимости могут привлечь любых специалистов за рубежом, спорит Макаров.

Мир в целом становится менее глобальным, особенно для России, и необходимости в транснациональных фирмах все меньше, отмечает Макаров: «Если не изменится вектор межгосударственных отношений, не вижу много возможностей для развития ильфов здесь». Но уход иностранцев создает не только возможности для россиян, но и риски. Это будет признаком стремления России самоизолироваться, отмечает управляющий партнер «Данилов и партнеры» Андрей Данилов, проработавший много лет в ведущих ильфах. Если ильфы уйдут, то в итоге проиграют все, констатирует Рыбалкин: без конкуренции, без гонки за лидером начнет тормозить весь рынок. Этого и не произойдет, успокаивает партнер одной из ведущих международных фирм: «На то мы и юристы, чтобы найти выход из любой ситуации. И не с таким сталкивались».

10.03.2019

Ведомости

Эта информация была полезна для вас?